Эх, еще одно, небольшое надеюсь, ностальгическое отступпление.

Окончив Владимирский политехнический институт в 1983 году, я пошел служить в ряды Советской Армии. Военной кафедры в моём родном политехе не было, такого слова «косить» мы в те наивные времена вообще не знали, уклоняться от священного долга Родине даже в голову никому прийти не могло. Так что свои положенные полтора года я отслужил, как положено. По окончании офицерских сборов в городе Бресте, оттоптав Военный парад в Брестской Крепости-Герое, (между прочим, я шел в первой колонне, в первой шеренге правофланговым, и очень этим горжусь) посвященный сорокалетию Победы в Великой Отечественной войне, я вернулся домой в начале июня 1985 года. Что же я увидел?

 У меня было полное ощущение, что я вернулся в совсем другую страну!

Дело было совсем не в том, что в стране вдруг кончилось спиртное, и посещение моих любимых «доармейских» увеселительных заведений превратилось в пошлый анекдот, в самом воздухе носилось что-то необъяснимо НОВОЕ!

Во-первых, я впервые увидел серьгу, пусть и очень маленькую, в ушах у парней. Учась в институте, я всегда причислял себя к числу самой продвинутой молодежи. Всякие там экстравагантные прически, нагло выбритые виски, расклешённые или, наоборот, сверх узкие джинсы, музыка, которая сводила с ума моих дорогих родителей, и прочее, и тому подобное…все это мне знакомо совсем не понаслышке. Однако, каким бы вызывающим не был мой внешний вид, я всегда сознавал себя советским человеком, искренне гордился не только своей страной, но и своим социалистическим строем. Во время моих первых выездов за рубеж, я до хрипоты спорил, что живу в совершенно свободной стране, причем совершенно искренне. Верил, что еще вот-вот совсем чуть-чуть, и мы в принципе уже на пороге светлого будущего, а то, что я совсем скоро буду жить в этом самом светлом, не сомневался и одного грамма, отнятой у меня Горбачевым водки. Отсутствие на прилавках магазинов продуктов питания и качественных потребительских товаров считалось просто отдельными недостатками, совершенно не влияющими на генеральную линию партии и правительства. И вдруг, нате вам, серьги у парней, «ДДТ» с «Наутилусом», ну и конечно Арбат!

   Со времен своего студенчества я всегда любил ездить в Москву. Всего два рубля и три часа на электричке, как я окунался в совсем иной, масштабный, гипертрофированный, трансцендентно противоположенный моему сонному провинциальному Владимиру мир.

 Благо, гостеприимных родственников, радушных друзей у моих родителей в столице всегда хватало. То есть проблем с ночёвкой-остановкой не было никаких.

 Я не обременял благородных хозяев своим присутствием, предпочитая бродить по Москве, еще не изгаженной лужковской реконструкцией, вульгарно вопиющей наружной рекламой, и автомобильным коллапсом. Посещал театры и выставки, ел вкуснейший пломбир в вафельном стаканчике и совершенно неземные пончики, аромат которых у меня остался в памяти на всю жизнь, вызывая почему-то ассоциации, с уж совсем другой дореволюционной Москвой!

В моем воображении именно так и должна была пахнуть та самая Златоглавая.

 Почти два года я мечтал окунуться в этот абсолютно придуманный мной, но ставший таким родным мне этот столичный  мир.

И вдруг, Арбат, разумеется Старый. Выхожу из метро у кинотеатра «Художественный», перехожу улицу к ресторану «Прага», и…ничего не понимаю! Вместо тихой консервативной улицы, степенно прохаживающихся по ней москвичей, вижу огромную шумную разноцветную толпу. У меня перехватило дыхание, что это? Демонстрация? Не похоже. Поскольку движение внутри толпы носило не агрессивно поступательный, а скорее лениво броуновский характер. Такие понятия, как карнавал и стихийный рынок, мой сугубо провинциальный, да вдобавок слегка притупленный армейской службой рассудок в себя в те времена еще не вмещал.  

Там было всё. Уличные музыканты всех мастей, от подражателей сценического поведения Пети Мамонова и Олега Гаркуши до профессиональных джазовых импровизаторов, почти симфонических скрипачей, и уж совсем трехаккордных  бардов. Художники всех стилей и всех направлений, включая сиюминутных шаржистов и портретистов. Продавцы всевозможных сувениров, феничек, а также, ставшей мне почти родной, армейской атрибутики. Странными тенями проплывали, уж совсем не понятные личности, называющие себя не иначе как «арбатским народом»,  тут же предлагая немедленно оказать материальную помощь этому самому народу, уповая на все тяготы и лишения своего бренного существования. Причем все были молоды, одеты весьма не плохо, но с каким-то непонятным мутным взором и блуждающей улыбкой. Только спустя какое-то времени, я узнал, что это были, кто бы мог подумать в Советском Союзе, наркоманы.

За последние четверть века много воды утекло. Всплыло на поверхность исторического процесса, да и кануло в мутную  бездонную реку времени целый сонм различных персонажей, но именно этим жарким днем в июле 1985 года я спинным мозгом почувствовал, что настало время перемен. Страна их ждала, и она их получила.

Понятно теперь почему так все "кучно". Я в 86 донецкий политех закончил. В Москве часто бывал, с ЦНИИКА плотно работали. Чего то вспомнил деваху на Арбате, на спине табличка "рисую плохо - но бесплатно". По союзу тоже пришлось поездить, автоматизация. Союз развалился и понеслось, в трудовой живого места не осталось, до сих пор храню.